четверг, 2 мая 2019 г.

2.4 Постановление Президиума ВС РСФСР от 5 февраля 1954 г.


2.4 Постановление Президиума ВС РСФСР от 5 февраля 1954 г.


  Повышенное внимание в своем докладе и в дальнейшем варианте своей переработанной концепции С.Н. Бабурин уделял Постановлению от 5 февраля 1954 г., вынесенного Президиумом Верховного Совета РСФСР. Пожалуй, это единственный «конкретный правовой акт», в отношении которого С.Н. Бабурин употребляет выражение «юридически оформлено», а не отвлеченное «речь шла». После прочтения указанных формулировок может сложиться обманчивое впечатление, что передача Крымской области «юридически оформлялась» не Законом, принятым Верховным Советом СССР 26 апреля 1954 г., который лишь вскользь упомянут С.Н. Бабуриным, с досадой отвлеченно посетовавшим, что это была другая эпоха. И, как уже отмечалось, им не совершенно не был замечен Закон, принятый Верховным Советом РСФСР 2 июня 1954 г., который «юридически оформил» изъятие упоминания Крымской области в составе РСФСР.


  Дабы придать ключевое значение выделенного им из общего ряда решения Президиума Верховного Совета РСФСР, С.Н. Бабурин даже привел полный текст этого постановления, хотя из остальных пяти «конкретных правовых актов» только Указ от 19 февраля 1954 г. был удостоен им хотя бы упоминания полного названия.

  Интересен и контекст, в котором было преподнесено рассматриваемое постановление. Вслед за затрагиванием рассмотрения вопроса о передаче Крымской области в Президиуме ЦК КПСС 25 января 1954 г., С.Н.Бабурин настаивает, что «юридически оформлено» было именно «решение, принятое руководящей верхушкой КПСС».[1] По своему обыкновению, он не указывает при этом, какой именно документ был принят на упомянутом заседании Президиума ЦК КПСС. Тоже немаловажный момент, поскольку на этом заседании «партийной верхушки» был утвержден проект Указа Президиума Верховного Совета СССР о передаче Крымской области, а не Постановление Президиума Верховного Совета РСФСР, которому уделял столь гипертрофированное внимание С.Н. Бабурин. В связи с чем, всякие заявления о том, что именно этим постановлением что-то «юридически оформлялось», выглядят, мягко говоря, натянутыми.

  И, дабы проиллюстрировать, что С.Н. Бабурин из всех затронутых «конкретных правовых актов», исключительное внимание уделяет именно этому второстепенному постановлению, стоит отметить, что в рассматриваемом отрывке из диссертации наиболее подробно рассматривается ст.33 Конституции РСФСР,[2] в которой перечисляются полномочия Президиума Верховного Совета РСФСР, принявшее это резонансное решение. Более того, здесь он предельно осторожно предпринимает попытку даже делать некие выводы: «Исчерпывающий перечень полномочий Президиума не содержал даже намека на право решать вопрос об изменении территории республики».[3] При этом совершенно непонятно, с какой целью здесь приведена эта абстрактная фраза. Фактически она содержит именно «намек» (не более того), что якобы именно решением Президиума Верховного Совета РСФСР и была передана область в состав соседней республики.

  Однако 5 февраля 1954 г. этим Постановлением Верховного Совета РСФСР Крымская область не была передана ни де-факто, как 19 февраля по Указу Президиума Верховного Совета РСФСР, ни де-юре, как 26 апреля 1954 г. по Закону, принятому Верховным Советом СССР. Передача Крымской области де-факто осуществлялась Указом Президиума Верховного Совета СССР от 19 февраля 1954 г., который был опубликован в центральной прессе 27 февраля.[4] Именно начиная с последнего числа, все делопроизводство партийных и советских органов Крымской области велось уже не от имени РСФСР и КПСС, а от лица Украинской ССР и КПУ. Де-юре, как уже сказано, передача области «юридически оформлена» принятым 26 апреля 1954 г. на ближайшей сессии Верховного Совета СССР «Законом о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав Украинской ССР».[5]

  Неискушенному читателю также вполне может показаться, что этой фразой об отсутствии «намека на право» С.Н. Бабурин опять же намекает (напрямую это не утверждая), что якобы указанным постановлением РСФСР реализовала свое право, гарантированное ей ст.16 Конституции РСФСР и ст.18 Конституции ССР. По крайней мере, непосредственно перед упоминанием этого постановления им был поднят вопрос о том – кто имел от лица РСФСР давать свое согласие на изменение границ? Однако, как мы с Вами уже установили, необходимое согласие Россия реализовала 2 июня 1954 г., на ближайшей сессии Верховного Совета РСФСР, приняв соответствующий закон об изменении ст.14 Конституции, удалив упоминание Крымской области в составе РСФСР. И Верховный Совет РСФСР имел на это все полномочия согласно рассмотренных нами ст.22, 23 и 24 Конституции РСФСР1937 г., а также ст.ст. 57 и 59 Конституции СССР.

  В таком случае встает вопрос – что же представляло собою рассматриваемое нами Постановление Президиума Верховного Совета РСФСР от 5 февраля 1954 г., если передача Крымской области не оформлялось им ни де-факто, ни де-юре, и этот документ не служил выражением согласия РСФСР на рассматриваемую передачу? Для разрешения возникшей проблемы следует изучить аналогичные решения Президиумов Верховных Советов союзных республик, направленные в то время на утверждение в Президиум Верховного Совета СССР. Соответствующую информацию можно почерпнуть в Ведомостях Верховного Совета СССР в разделе «Об изменении в административно-территориальном делении» (до 1954 года в рубрике «Информационные сообщения»).

  При ближайшем рассмотрении в указанных источниках можно без труда найти массу примеров административно-территориальных изменений, при которых Президиумы Верховных Советов союзных республик только высказывали предложения, имеющие характер законодательных инициатив в виде Постановлений, а уже Президиум Верховного Совета СССР выражал «согласие» с этими «представлениями» (используя именно эти термины). В этом ряду можно назвать переименования железнодорожных станций Чирчик, Чирчикстрой, Чигирик[6] и Заслоново, осуществленные в том же году.[7] Приведенные примеры касались только внутриреспубликанских административно-территориальных преобразований и не затрагивали изменения границ между союзными республиками. Однако даже в случаях, когда отдельные территории переходили в состав соседних союзных республик, «представления» в виде Постановлений, которые направлялись на утверждение в Президиум Верховного Совета СССР, также носили характер просьб (ходатайств), а не окончательно принятых решений. Наиболее наглядно это видно на примере Псковского прецедента, упоминание о котором в виде претензий Латвии нашло свое отражение в рассмотренном выше докладе С.Н. Бабурина, но почему-то исчезло из текста диссертации и дальнейших трудов этого автора.

  Рассмотрим с Вами формулировку Указа Президиума Верховного Совета «Об образовании Псковской области в составе РСФСР» от 23 августа 1944 г.: «имея в виду, что Президиум Верховного Совета Эстонской ССР и Президиум Верховного Совета Латвийской ССР ходатайствуют о включении указанных волостей в состав РСФСР…».[8] Ключевое слово здесь «ходатайствует», то есть отдающая сторона, как и РСФСР в 1954 г., выражает только просьбу, а не окончательно принятое решение.

  Сходная ситуация наблюдается и в отношении принимающей стороны, как видно на примере Постановления Президиума Верховного совета РСФСР «О включении в состав Ленинградской области населённых пунктов, расположенных на правом берегу реки Нарвы» от 21 ноября 1944 г., которые передавались из состава Эстонской ССР. Это Постановление формулируют принятые решения следующим выражением: «просить Верховный Совет СССР включить».[9] Таким образом, принимающая сторона также выражала законодательную инициативу в виде просьбы.

  Имел ли Президиум Верховного Совета РСФСР право выступать с законодательной инициативой, направляя свои «представления», выраженные «постановлениями» в Президиум Верховного Совета СССР, который, в свою очередь, в перерыве между сессиями Верховного Совета (два раза в году), издавал Указы имеющие силу закона? Подобные права отмечалось в п. «в» ст.19 Конституции РСФСР и п. «е» с. 14 Конституции СССР.

  Стоит отметить, что текст рассматриваемого Постановления от 5 февраля 1954 г. отличался категоричным и недвусмысленным характером изложения: «Передать Крымскую область из состава РСФСР в состав Украинской ССР». Вследствие подобной неудачной формулировки, без употребления слов-маркеров, характеризующих его как ходатайство, то есть просьбу, у многих исследователей создавалась иллюзию окончательно принятого решения, которым якобы де-факто или де-юре и передавалась Крымская область. Однако окончательное решение все же оставлялось за вышестоящей инстанцией. Дословно: «внести на утверждение Президиума Верховного Совета СССР».

  Аналогично, выражение «вносит его на утверждение» встречается 9 февраля 1954 г. в так называемом «Письме М.П.Тарасова и И.Н.Зимина Председателю Президиума Верховного Совета СССР К.Е.Ворошилову с обращением о Постановлении Верховного Совета РСФСР». Заверенная копия этого письма была в 1992 г. опубликована в подборке О.В. Волобуевым и Г.Н. Иофис под №12.[10] Для нашего исследования важно, что в этом «письме», в котором пересказывается содержание принятого Постановления от 5 февраля 1954 г., впервые встречается выражение «считает целесообразным передать». Это свидетельствует нам о том, что Постановление Президиума Верховного Совета РСФСР от 5 февраля 1954 г. все же носило оценочный характер законодательной инициативы, что полностью подтверждает наше предположение. Выражение «считает целесообразным передать» в отношении решения, приятого 5 февраля 1954 г., встречается также в выступлении председателя Президиума Верховного Совета РСФСР М.П. Тарасова, как следует из стенограммы состоявшегося 19 февраля 1954 г. заседания Президиума Верховного Совета СССР.[11] Это же словосочетание оценочного характера имеется и в официально опубликованной в центральной прессе от имени председателя Президиума Верховного Совета РСФСР «Речи товарища Тарасова М.П.».[12] Остается только добавить, что вслед за председателем Президиума Верховного Совета РСФСР М.П. Тарасовым, на заседании Президиума Верховного Совета СССР 19 февраля 1954 г. слово предоставили председателю Президиума Верховного Совета Украинской ССР Д.С. Коротченко. В первой же фразе его выступления, которое зафиксировано в стенограмме,[13] текст постановления, зачитанного перед этим М.П. Тарасовым, был назван «предложением о передаче». То есть, речь шла всего лишь о «предложении». Одним словом, в контексте сопровождающих документов и высказываний, изначально категоричный характер рассматриваемого Постановления утрачивается, и более явные приобретает черты ходатайства, то есть просьбы.

  Рассмотренные выше обстоятельства позволяют утверждать, что изучаемое нами Постановление Президиума Верховного Совета РСФСР от 5 февраля 1954 г. все же являлось не более чем предложением, имеющим характер законодательной инициативы, а не самостоятельным решением, по которому де-факто или де-юре оформлялась передача Крымской области. Именно поэтому оно не было даже опубликовано в центральной прессе, и не вступало, таким образом, в силу. Оно не имело силы закона потому, что по своему характеру рассматриваемое постановление Президиума Верховного Совета РСФСР от 5 февраля 1954 г. являлось всего лишь актом выражения законодательной инициативы – этот факт упорно не желают замечать ни непосредственно сам С.Н. Бабурин, ни тем более его последователи.

  Есть еще один уязвимый момент, который бывший омский депутат постарался обойти своим вниманием, и вслед за ним не замечают сторонники его концепции, которым он навязал свою точку зрения. К вопросу о «совместном представлении», на якобы отсутствие которого пытались обратить внимание другие авторы. Дело в том, что С.Н. Бабурин старается не замечать, что Указ Президиума Верховного Совета от 19 февраля 1954 г. не содержит упоминания Постановления Президиума Верховного Совета РСФСР от 5 февраля 1954 г. «О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав Украинской ССР», которому уделяет столько внимания омский политик. Вместо этого Указ «О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР» утверждает именно «совместное представление» двух республиканских Президиумов:

  «Утвердить совместное представление Президиума Верховного Совета РСФСР и Президиума Верховного Совета УССР о передаче Крымской области из состава Российской Советской Федеративной Социалистической Республики в состав Украинской Советской Социалистической Республики».[14]

  То есть в нашем случае Президиум ЦК КПСС 25 января 1954 г. утвердил проект Указа, который изначально планировал «рассмотреть совместное представление Президиумов Верховных Советов РСФСР и УССР».[15] Термин «совместное представление» встречается в записке с предложением о порядке проведения заседания, подписанным не позднее 1 февраля 1954 г. М.А. Сусловым и Н.М. Пеговым»,[16] а также в самом «Предложении о порядке проведения заседания Президиума Верховного Совета СССР по рассмотрению совместного представления...».[17] Данное выражение имеется и в «Повестке заседания Президиума Верховного Совета СССР 19 февраля 1954 г.» от 7 февраля.[18] Как видно из протокола №35 заседания Президиума Верховного Совета СССР 19 февраля 1954 г., собравшиеся «Слушали: Совместное представление Президиума Верховного Совета РСФСР и Президиума Верховного Совета УССР о передаче Крымской области…».[19] Принятый на этом заседании Указ «О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР» содержал «Утвердить совместное постановление».[20] Так же это словосочетание неоднократно встречается как в стенограмме упомянутого заседания,[21] так и в официально опубликованных речах Д.С. Коротченко, О.В. Куусинена, Ш. Рашидова и К.Е. Ворошилова.[22] Напрашивается предположение, что «совместное представление», – это два отдельных Постановления, принятых Президиумами двух союзных республик и зачитанных вслух на этом заседании.[23] То есть «совместное представление», которое и утвердил Президиум Верховного Совета СССР своим Указом от 19 февраля 1954 г., имело устный характер.

  По какой причине С.Н. Бабурин не стал даже упоминать, что в феврале 1954 г. было принято не только Постановление Президиума Верховного Совета РСФСР от 5 февраля 1954 г., но и соответствующее Постановление от 13 февраля 1954 г., принятое Президиумом Верховного Совета Украинской ССР? Возможно потому, что, во-первых, в тексте украинского постановления отчетливо был виден характер просьбы, то есть законодательной инициативы, а во-вторых, указывалось, что принятое ранее российское постановление имеет соответствующий характер, то есть тоже выражало законодательную инициативу:

  «Соответственно представлению Президиума Верховного Совета Российской СФСР Президиум Верховного Совета Украинской ССР постановляет:

  Просить Президиум Верховного Совета Союза ССР передать Крымскую область из состава Российского СФСР в состав Украинской ССР».[24]

  Одним словом, в делопроизводственном лексиконе, бытовавшем в рассматриваемое время, «представление» Президиумов союзных республик обозначало постановление, которое имеет характер не самостоятельного правового акта, а всего лишь законодательной инициативы, то есть выражало ходатайство и предоставляло последнее слово за вышестоящим Президиумом Верховного Совета СССР, к которому и направлялись соответствующие предложения. Таким образом, исследуемое нами Постановление Президиума Верховного Совета РСФСР от 5 февраля 1954 г. являлось не более чем актом выражения законодательной инициативы, частью совместного представления с аналогичным постановлением, принятым украинской стороной. А это в свою очередь означает, что принимая его, Президиум Верховного Совета РСФСР не выходил за рамки своей компетенции.

  В связи с чем, упоминание полномочий этого органа власти, описанные в ст.33 Конституции РСФСР 1937 г., в данном контексте является не более чем спекуляцией. Соответственно, неизвестно с какой целью отменив 21 мая 1992 г. рассматриваемое Постановление от 5 февраля 1954 г., Верховный Совет РФ никоем образом задним числом не подставил под сомнение законность оформлении передачи Крымской области. Стоит попутно отметить, что увлечение советскими депутатами придать своим решениям «обратную силу законов» в начале 1990-х гг., имело опасную тенденцию не только в рассматриваемом случае.

  Остается напоследок подчеркнуть, что лично сам С.Н. Бабурин не утверждает напрямую, что передача Крымской области была юридически оформлена не упомянутыми выше законами, а всего лишь Постановлением от 5 февраля 1954 г., которое не публиковалось в центральной печати, и не вступало, таким образом, в законную силу. Его рассуждения о том, что Президиум Верховного Совета РСФСР не имел права «решать вопрос об изменении территории республики», неискушенный читатель, слабо знакомый с творчеством бывшего омского депутата, может воспринять не совсем верно. Например, как констатацию того факта, что передача Крымской области осуществилась якобы 5 февраля 1954 г. по решению Президиума Верховного Совета РСФСР, или же этим актом было дано согласие на осуществленную передачу. Однако стоит это еще раз повторить, что принятое в тот день постановление на самом деле носило характер законодательной инициативы, и только выступало с предложением о передаче, предоставляя решение данного вопроса в вышестоящей инстанции, – в Верховном Совете СССР. Вопрос же о согласии РСФСР на осуществленную передачу был положительно рассмотрен Верховным Советом РСФСР 2 июня 1954 г. принятием закона, исключившего упоминание Крымской области в ст.14 Конституции РСФСР, в которой описывался состав республики.


[1] Бабурин С.Н. Территория государства: Теоретико-правовые проблемы: дис. д.ю.н.: 12.00.01 – М., 1998 – С. 249.
[2] Об изменении и дополнении текста Конституции (Основного Закона) РСФСР. Закон от 13 марта 1948 г. // Сборник законов РСФСР и Указов Президиума Верховного Совета РСФСР 1946-1954 гг., М.: Изд. Известия Советов депутатов трудящихся СССР, 1955. – С. 15-16.
[3] Бабурин С.Н. Территория государства: Теоретико-правовые проблемы: дис. д.ю.н.: 12.00.01 – М., 1998 – С. 251.
[4] Указ о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР // Известия. – М., 1954. – №49(11428) 27 февраля. – С. 1.
[5] Закон о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав Украинской ССР // Известия. – М., 1954. – №100(11479) 28 апреля. – С. 3.
[6] Статья 361. Указ Президиума Верховного Совета СССР «О переименовании железнодорожной станции Чирчик, Чирчикстрой и Чигирик ташкентской железной дороги» от 17 августа 1954 г. // Ведомости Верховного Совета СССР. М.: Изд. Верховного Совета СССР, №17(811) 1954. – С. 564.
[7] Статья 301. Указ Президиума Верховного Совета СССР «О переименовании разъезда 116 километра Калининской железной дороги в станцию Заслоново» от 16 июля 1954 г. // Ведомости Верховного Совета СССР. М.: Изд. Верховного Совета СССР, №14(808) 1954. – С. 467.
[8] Сборник законов СССР и Указов Президиума Верховного Совета СССР (1938-июль 1956 г.). М.: Госюриздат, 1956. С. 45-46.
[9] Сборник Законов РСФСР и Указов Президиума Верховного Совета РСФСР. 1938-1946 гг. – М.: Известия Советов депутатов трудящихся СССР, 1946. – С. 58.
[10] «Исключительно замечательный акт братской помощи». Документы и материалы о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР (январь-февраль 1954 г.) // Исторический Архив. 1992. №1. С. 46.
[11] «Исключительно замечательный акт братской помощи». Документы и материалы о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР (январь-февраль 1954 г.) // Исторический Архив. 1992. №1. С. 49.
[12] Речь товарища Тарасова М.П., Речь товарища Коротченко Д.С., Речь товарища Шверника Н.М., Речь товарища Рашидова Ш., Речь товарища Куусинена О.В., Речь товарища Ворошилова К.Е. // Правда. – М., 1954. – №58(12991) 27 февраля. – С. 2.
[13] «Исключительно замечательный акт братской помощи». Документы и материалы о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР (январь-февраль 1954 г.) // Исторический Архив. 1992. №1. С. 48-53.
[14] Закон о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав Украинской ССР // Известия. – М., 1954. – №100(11479) 28 апреля. – С. 3.
[15] «Исключительно замечательный акт братской помощи». Документы и материалы о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР (январь-февраль 1954 г.) // Исторический Архив, М.: РОССПЭН, 1992. № 1. – С. 40.
[16] «Исключительно замечательный акт братской помощи». Документы и материалы о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР (январь-февраль 1954 г.) // Исторический Архив, М.: РОССПЭН, 1992. № 1. – С. 41.
[17] «Исключительно замечательный акт братской помощи». Документы и материалы о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР (январь-февраль 1954 г.) // Исторический Архив, М.: РОССПЭН, 1992. № 1. – С. 42.
[18] «Исключительно замечательный акт братской помощи». Документы и материалы о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР (январь-февраль 1954 г.) // Исторический Архив, М.: РОССПЭН, 1992. № 1. – С. 45.
[19] «Исключительно замечательный акт братской помощи». Документы и материалы о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР (январь-февраль 1954 г.) // Исторический Архив, М.: РОССПЭН, 1992. № 1. – С. 47.
[20] «Исключительно замечательный акт братской помощи». Документы и материалы о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР (январь-февраль 1954 г.) // Исторический Архив, М.: РОССПЭН, 1992. № 1. – С. 53.
[21] Стенограмма заседания Президиума Верховного Совета СССР. «Исключительно замечательный акт братской помощи». Документы и материалы о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР (январь-февраль 1954 г.) // Исторический Архив. 1992. №1. С. 48-53.
[22] Речь товарища Тарасова М.П., Речь товарища Коротченко Д.С., Речь товарища Шверника Н.М., Речь товарища Рашидова Ш., Речь товарища Куусинена О.В., Речь товарища Ворошилова К.Е. // Правда. – М., 1954. – №58(12991) 27 февраля. – С. 2.
[23] «Исключительно замечательный акт братской помощи». Документы и материалы о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР (январь-февраль 1954 г.) // Исторический Архив, М.: РОССПЭН, 1992. № 1. – С. 49-50.
[24] «Исключительно замечательный акт братской помощи». Документы и материалы о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР (январь-февраль 1954 г.) // Исторический Архив, М.: РОСПЭН, 1992. № 1. – С. 46.

Комментариев нет:

Отправить комментарий