четверг, 2 мая 2019 г.

2.2 Крымский фрагмент в диссертации С.Н. Бабурина


2.2 Крымский фрагмент в диссертации С.Н. Бабурина


  Прежде чем начать рассматривать текст из диссертации С.Н. Бабурина с его концепцией, имеет смысл перечислить те правовые акты, которыми юридически оформлялась передача Крымской области из состава РСФСР в состав Украинской ССР. Это позволит оценить, насколько полно рассматриваемый процесс нашел отображение в трудах бывшего омского депутата, и не было ли им сознательно преувеличено или приуменьшено значение тех или иных правовых решений. К примеру, свой обзор он начал с заседания Президиума ЦК КПСС 25 января 1954 г., на котором рассматривался вопрос о передаче Крымской области. Однако, ни ЦК КПСС, ни его Президиум не упоминались в союзной или республиканской Конституции. Поэтому первый принятый акт в этой цепочке, который заслуживает рассмотрения – Постановление Совета Министров РСФСР № 156, принятое 5 февраля 1954 г., которое было подписано Председателем Совета Министров РСФСР А.М. Пузановым и Управляющим Делами Совета Министров РСФСР И. Груздевым.[1] В этом постановлении высказывалось мнение, по своему характеру скорее имевшее оценочное экспертное заключение: «Совет Министров РСФСР постановляет: Считать целесообразным передать Крымскую область из состава РСФСР в состав УССР». Далее рекомендовалось «Просить Президиум Верховного Совета РСФСР рассмотреть вопрос о передаче Крымской области в состав УССР и войти в Президиум Верховного Совета СССР с соответствующим постановлением».


  «Соответствующее постановление» Президиума Верховного Совета РСФСР было принято в тот же день 5 февраля 1954 г.:
  «Президиум Верховного Совета РСФСР постановляет:

  Передать Крымскую область из состава РСФСР в состав Украинской ССР. Настоящее постановление внести на утверждение Президиума Верховного Совета СССР».[2]

  Несмотря на то, что формулировка последнего постановления имело категоричное построение окончательно принятого решения, тем не менее, в нем содержалась всего лишь ходатайство в виде просьбы, то есть оно носило характер законодательной инициативы – данный вопрос далее будет рассмотрен более подробно. Вскоре после принятия этого постановления, 13 февраля 1954 г. аналогичное решение будет принято и Президиумом Верховного Совета Украинской СССР. В свою очередь характер просьбы или ходатайства здесь будет более ярко выражен. 19 февраля 1954 г. совместное представление Президиумов Верховных Советов двух союзных республик будет рассмотрено Президиумом Верховного Совета СССР, который заседал в перерывах между сессиями Верховного Совета СССР и имел право выносить указы, имевшие силу закона. По принятому в тот день Указу «О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР»,[3] область была передана де-факто. На ближайшей сессии Верховного Совета СССР приняли Закон «О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав Украинской ССР»[4] от 26 апреля 1954 г., который утвердил упомянутый Указ, изменив ст.ст.22 и 23 Конституции СССР, в которых описывался состав этих республик. Этим законом оформление передачи региона в состав соседней республики осуществилось де-юре. На ближайшей сессии Верховного Совета РСФСР приняли Закон «О внесении изменений и дополнений в статью 14 Конституции (Основного Закона) РСФСР» от 2 июня 1954 г.,[5] который исключит упоминание Крымской области в составе РСФСР. Заодно в тот же день Верховным Советом был принят Закон о государственном бюджете союзной республики, который, в отличие от аналогичного за 1953 г., уже не предусматривал финансирование Крымской области. И только 17 июня 1954 г. Верховный Совет Украинской ССР принял Закон «О внесении изменений и дополнений в ст.18 Конституции (Основного Закона) Украинской ССР»,[6] который включит Крымскую область в перечень регионов Украинской ССР.

  Перечислив основные правовые акты, изменившие статус Крыма, можно перейти к рассмотрению описания юридического оформления передачи Крымской области по версии С.Н. Бабурина. Посмотрим, как этим автором были интерпретированы приведенные выше законы и постановления. Итак, мы уже с Вами выяснили, окончательный вариант концепции С.Н. Бабубрина о незаконном характере передачи Крымской области впервые появился в монографии, опубликованной в 1997 г., а вскоре вошел в текст его диссертации на соискание степени доктора юридических наук. Поскольку упомянутая диссертация является квалификационной работой ученого, то в качестве эталона текста, выражающую рассматриваемую концепцию, мы будем разбирать фрагмент из этой диссертации, ограниченный страницами 248-254.[7] Выбранный диапазон объясняется тем, что в настоящей работе не будет рассматриваться вопрос о статусе Севастополя, которому С.Н. Бабурин посвятил последующие страницы 255-257 своей диссертации.[8] Был ли Севастополь в 1954 г. передан вместе с остальной Крымской областью или же нет, как настаивают некоторые российские авторы, заслуживает рассмотрения в последующей отдельной работе.

  Упомянутые несколько страниц разбираемого текста представляют собою переработанный доклад С.Н. Бабурина, подготовленный для выступления на VI Съезде народных депутатов. Главное отличие этого фрагмента диссертации от исходного доклада заключается в том, что на этот раз С.Н. Бабурин удалил всякое упоминание о Псковском прецеденте, то есть о территориальных претензиях Латвии (и почему-то не упомянутой им Эстонии). И это очень интересный момент. Чем же не угодил вице-спикеру Госдумы РФ (на момент публикации монографии 1997 г.) Указ Президиума Верховного Совета СССР от 23 августа 1944 г., по которому была создана Псковская область? Дело в том, что Указ о создании Псковской области утвердил представления не двух Президиумов Верховных Советов двух союзных республик, как в Крымском прецеденте, а сразу трех Президиумов Верховных Советов трех союзных республик. За исключением слова «совместное», за которое и по сей день как спасательный круг хватаются российские ученые, политики и публицисты, в обоих случаях Президиум Верховного Совета СССР своим Указом утверждает «представления», выраженные в форме постановлений Президиумов Верховных Советов союзных республик, чьи территории меняют. Налицо у обоих прецедентов (Псковского и Крымского) единый механизм передачи территорий из одной союзной республики в другую, реализованный в рамках Конституции СССР 1936 г. и Конституции РСФСР 1937 г., то есть одного и того же законодательства.

  Отсюда напрашивается вывод, что если описанный выше механизм передачи территорий между соседними союзными республиками противоречил актуальному на тот момент законодательству, то логично предположить, что незаконна не только передача Крымской области в состав Украинской ССР, но и передача латвийских и эстонских территорий в состав Псковской области РСФСР. Просто отметим, что в своей квалификационной работе на соискание ученой степени доктора юридических наук С.Н. Бабурин категорически отказался рассматривать имевшие место прецеденты. Иными словами говоря, в своем окончательно сформированном варианте рассматриваемая концепция в диссертации С.Н. Бабурина не имела научного характера, а изначально строилась на замалчивании фактов, ей противоречащих.

  Так или иначе, за исключением обращения к слушателям и упоминания имевшего место прецедента, основная часть этой, так и не произнесенной речи, была сохранена и вошла в текст докторской диссертации депутата. В результате в научную работу оказался внесен значительный отрывок, который изначально имел сумбурный характер и носил ярко выраженную эмоциональную окраску, а главное – не содержал ни серьезного анализа упомянутых в нем правовых актов, ни четких выводов.

  Последнее замечание немаловажно, поскольку в отличие от своих менее осмотрительных последователей, продублировавших его концепцию целыми абзацами в своих работах, лично С.Н. Бабурин так и не сделал однозначного и «недвусмысленного» вывода о незаконности характера передачи Крымской области. В своем докладе он предоставляет возможность депутатам Съезда самим сделать необходимое заключение: «Таким образом, решение, которое предлагается принять Съезду о правовой оценке решений высших органов государственной власти СССР и РСФСР по изменению статуса Крыма… это наш собственный расчет с нашим собственным прошлым».[9] От себя же депутат лишь добавил, что «Такой расчет является политически назревшим, исторически справедливым и юридически обоснованным». Иными словами говоря, С.Н. Бабурин давал оценку не непосредственно правовым актам, изменившим статус крымского полуострова в 1954 г., а всего лишь некому гипотетическому расчету с прошлым, к которому он пытался подтолкнуть собравшихся депутатов.

  В диссертации на соискание научной степени доктора юридических наук подобное умозаключение было не менее искусно переработано. Вместо четко обозначенных выводов автор отвлеченно рассуждает, что «правовая оценка решений органов государственной власти СССР и РСФСР по изменению статуса Крыма, принятых в 1954 г. как изначально ничтожных в силу неконституционности – остается оценкой политически назревшей, исторически справедливой и юридически обоснованной».[10] Что же касается его последних работ, то в заключение своих доводов С.Н. Бабурин остановился на следующей фразе из своей диссертации: «ситуация оказалась возможной в атмосфере правового нигилизма, когда прихоть партийных чиновников, а тем более вождей КПСС, была выше законов, выше Конституции».[11][12] Таким образом, приходится констатировать, что в отличие от приверженцев его концепции, политик и юрист С.Н. Бабурин ни в одной из своих научных работ никогда и нигде «недвусмысленно» не утверждал, что передача Крыма в 1954 г. являлась незаконной с точки зрения актуального на тот момент советского законодательства.

  Более того, в рассматриваемой концепции С.Н. Баубрина отсутствуют не только выводы из представленных им аргументов в пользу якобы незаконного характера передачи Крыма, но и нет анализа затронутых правовых актов, изменивших статус полуострова. Вместо этого немало внимания в этом докладе было уделено пространным цитатам из речей депутатов на заседании Верховного Совета СССР 26 апреля 1954 г., на котором решение о передаче области обретало законную силу. Между этими цитатами оказались вставлены эмоциональные замечания: «был годом красивых слов и обманчивых иллюзий», «замышляли отметить юбилей какой-либо заметной акцией», «ныне горько и тревожно читать речи на той апрельской сессии» и «воистину это была другая историческая эпоха».

  На этом фоне С.Н. Бабурин так и дал никакой правовой оценки ни Указу Президиума Верховного Совета СССР от 19 февраля 1954 г. «О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР»,[13] ни Закону «О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав Украинской ССР»,[14] приятого Верховным Советом СССР. Что же касается Закона «О внесении изменений и дополнений в статью 14 Конституции (Основного Закона) РСФСР»,[15] то он даже не был упомянут автором. С.Н. Бабурин постарался не заметить закона, принятого Верховным Советом РСФСР, и выстроил свою концепцию с учетом игнорирования того факта, что высший законодательный орган РСФСР все же дал 2 июня 1954 г. свое согласие на осуществленную передачу.

  Остался без внимания политика и ученого также Закон «О внесении изменений и дополнений в ст.18 Конституции (Основного Закона) Украинской ССР».[16] Автор почему-то рассматривал только правовые акты, вынесенные высшими органами власти СССР и РСФСР, игнорируя решения, принятые украинской стороной. В связи с этим, им остался незамечен тот факт, что Указ от 19 февраля утверждал вовсе не Постановление Президиума Верховного Совета РСФСР от 5 февраля 1954 г., а совместное представление соответствующих органов с российской и украинской стороны.

  Фактически рассмотрению упомянутых выше правовых актов 1954 г. С.Н. Бабурин уделил не более четырех предложений на трех с половиной страниц с 249-й по 252-ю. Из этого объема почти полторы страницы заняли пространные цитаты из речей депутатов советской эпохи, занимавшие целые абзацы. И почти столько же – около полутора страниц[17] в конце этого отрывка уделено собственно самой концепции С.Н. Бабурина, где он попытался прозрачно намекнуть (не утверждая это напрямую), что якобы РСФСР так и не дала свое согласие на произведенную административно-территориальную трансформацию, как того требовали союзная и российская Конституции.

  Текст из оставшегося массива, который можно было бы отнести к анализу, оценке или хотя бы упоминания приведенных выше правовых актов, занял не более половины страницы в диссертации С.Н. Бабурина. Имеет смысл привести всё, что осталось в сухом остатке:

  «Необходимо помнить, в каких условиях готовился Закон СССР, утверждающий Указ Президиума Верховного Совета Союза ССР о передаче Крымской области из состава Российской Советской Федеративной Социалистической Республики, вносящий соответствующие изменения в ст.ст.22 и 23 действовавших тогда Конституций СССР».

  «Закон несет следы спешки и правовой небрежности. В нем, как и в Указе от 19 февраля 1954 г., нет недвусмысленной директивы: "Передать Крымскую область и утвердить изменение границ между РСФСР и УССР"».[18]

  «И лишь 2 июня 1954 г. вопрос о Крыме рассматривался на сессии Верховного Совета Российской Федерации. Но речь шла уже не о согласии или несогласии РСФСР на изменение статуса Крыма, а о приведении Конституции РСФСР в соответствие с Конституцией Союза ССР, по которой Крым стал частью Украины уже в апреле 1954 г.».[19]

  Итого, – максимум четыре предложения уделено указу, по которому Крымская область была передана де-факто, и двум законам (последний из них даже не называется), которые юридически закрепили осуществленную передачу. Таким образом, два закона, поменявшие тексты союзной и российской Конституции, оказались совершенно не рассмотрены автором, а значит, изобретенная автором концепция не может претендовать на доказательство антиконституционности актов, изменивших статус Крымской области.

  Фактически правовая оценка здесь свелась к эмоциональным уничижительным комментариям по отношению к неугодным правовым актам, чье существование препятствовало выдавать желаемое за действительное. К тому же, эти негативные комментарии, которыми автор подменил оценку правомочности и соответствия конституционным нормам упомянутых двух законов, не соответствовали действительности. Взять хотя бы утверждение С.Н. Бабурина о том, что в Законе от 26 апреля 1954 г. нет «недвусмысленной директивы» о передаче Крыма и изменения границ между РСФСР и Украинской ССР. Между тем, текст этого закона предельно лаконичен и отнюдь не допускает недвусмысленных формулировок:

  «Верховный Совет Союза Советских Социалистических Республик постановляет:

  1. Утвердить Указ Президиума Верховного Совета СССР от 19 февраля 1954 года о передаче Крымской области из состава Российской Советской Федеративной Социалистической Республики в состав Украинской Советской Социалистической Республики.

  2. Внести соответствующие изменения в статьи 22 и 23 Конституции СССР».[20]

  В ст.22 Конституции СССР 1936 г. описывался состав РСФСР, а в ст.23 – состав Украинской ССР. Соответственно, после утверждения Указа Президиума Верховного Совета СССР от 19 февраля 1954 г. «О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР», текст этих двух статей предписывалось изменить, «внеся соответствующие изменения», то есть, изъяв из ст.22 упоминание Крымской области, и вписав её в ст.23 Конституции СССР. Что и было осуществлено на практике. Одним словом, налицо мелочная придирка не по существу, возможно добавленная в расчете, что в глазах неискушенных читателей подобное сгущение красок придаст иллюзию незаконности осуществленной передачи.

  Закон о передаче Крымской области, принятый Верховным Советом СССР на апрельской сессии 1954 г., необходимо было прокомментировать исключительно упоминанием п. «д» ст.14, ст.30, ст.31 и ст.32 Конституции СССР, согласно тексту которых, исключительное право изменять границы между союзными республиками принадлежит Верховному Совету СССР:

  Ст.14. «Ведению Союза Советских Социалистических Республик в лице его высших органов власти и органов государственного управления подлежат:

  д) утверждение изменений границ между союзными республиками».

  Ст.30. Высшим органом государственной власти СССР является Верховный Совет СССР.

  Ст.31. Верховный Совет СССР осуществляет все права, присвоенные Союзу Советских Социалистических Республик согласно статье 14 Конституции.

  Ст.32. Законодательная власть СССР осуществляется исключительно Верховным Советом СССР.

  Отсюда следует однозначный вывод, что после единогласного принятия Верховным Советом СССР Закона от 26 апреля 1954 г., соответствие передачи Крымской области актуальной на тот момент Конституции СССР 1936 г. не может подвергаться сомнению.

  Что же касается упоминания С.Н. Бабуриным рассмотрения 2 июня 1954 г. «вопроса о Крыме» на сессии Верховного Совета РСФСР, то бросается в глаза, что С.Н. Бабурин старательно избегает называть «конкретный правовой акт», который был принят в этот день. Вопрос немаловажный. По словам самого С.Н. Бабурин, «таких актов было пять», и в числе первых он называет Постановление Президиума Верховного Совета РСФСР от 5 февраля 1954 г. и принятое в тот же день Постановление Совета Министров № 156 (почему-то нарушая очередность их принятия). До этого им вскользь упоминался Указ Президиума Верховного Совета РСФСР от 19 февраля 1954 г. и закон, принятый Верховным Советом РСФСР, который утвердил этот Указ. По логике С.Н. Бабурина выходит, что существовал еще один, пятый по его подсчету, «конкретный правовой акт», «оформивший изменение статуса Крыма». И читателю остается только гадать, какой именно «правовой акт» подразумевался пятым по счету у С.Н. Бабурина – или Постановление Президиума Верховного Совета Украинской ССР от 13 февраля 1954 г., как и Закон Украинской ССР от 17 июня 1954 г., полностью обделенные вниманием у автора, или какой-либо другой. Просто отметим, что Закон «О внесении изменений и дополнений в статью 14 Конституции (Основного Закона) РСФСР», принятый 2 июня 1954 г., С.Н. Бабуриным никоем образом не упоминается. Политик и юрист пытается убедить своих читателей, что «вопрос о Крыме» только «рассматривался» в тот день на сессии Верховного Совета РСФСР, «но речь шла уже не о согласии или несогласии РСФСР на изменение статуса Крыма». По версии С.Н. Бабурина «речь шла» только «о приведении Конституции РСФСР в соответствие с Конституцией Союза ССР». Выражение «о приведении … в соответствие» позаимствовано С.Н. Бабуриным из речи И.Н. Зимина, секретаря Президиума Верховного Совета РСФСР, выступавшего 2 июня 1954 г. на сессии Верховного Совета РСФСР. Также выражение «в соответствии», встречается в самом законе, принятом в этот день. Это свидетельствует нам о том, что лично С.Н. Бабурин прекрасно осведомлен об утвержденном в тот день «конкретном правовом акте», но почему-то всячески избегает назвать его своим читателям. «Рассматривался» и «речь шла» – именно в таких выражениях, как о действиях незавершенного характера, С.Н. Бабурин преподносит нам ключевое и исключительной важности решение по статусу Крымской области, принятое на первой после передачи области сессии Верховного Совета РСФСР. В указный день, 2 июня 1954 г., Верховный Совет РСФСР после принятия Закона о бюджете (в котором уже отсутствовала Крымская область среди российских регионов), утвердил Закон «О внесении изменений и дополнений в статью 14 Конституции (Основного Закона) РСФСР», который исключил упоминание Крымской области в составе РСФСР. И этот закон также имел четкую, недвусмысленную формулировку:

  «В связи с передачей Крымской области из состава РСФСР в состав Украинской ССР и образованием в составе РСФСР Арзамасской, Балашовской, Белгородской, Каменской, Липецкой и Магаданской областей, изложить статью 14 Конституции РСФСР в соответствии со статьей 22 Конституции СССР следующим образом»[21] – далее перечислялись регионы России, но уже без Крымской области.

  Активное игнорирование С.Н. Бабуриным факта принятия Верховным Советом РСФСР закона, который исключил упоминание Крымской области из текста ст.14 Конституции, имеет простое объяснение. Дело в том, что тем самым высший законодательный орган РСФСР дал необходимое согласие на изменение своих границ, как того требовали ст.16 Конституции РСФСР и ст.18 Конституции СССР. Депутаты Верховного Совета РСФСР 2 июня 1954 г., на ближайшей после передачи области сессии единогласно проголосовали за исключение упоминания Крымской области из текста ст.14 Конституции, описывающий состав РСФСР, тем самым выразив необходимое согласие с осуществленной передачей. Перед этим, как уже отмечено, они приняли закон о бюджете РСФСР на 1954 г., в котором, в отличие от аналогичного за 1953 г., Крымская область уже отсутствовала, тем самым тоже подтвердив свое согласие на осуществленную передачу.

  Иными словами говоря, никаких нарушений упомянутых статей Конституции не было – осуществленная передача соответствовала всем требованиям актуального на тот момент республиканского и союзного законодательства. Отсюда напрашивается вывод, что разработанная С.Н. Бабуриным концепция о незаконном характере передачи Крымской области, якобы из-за несоответствия ст.16 Конституции РСФСР и ст.18 Конституции СССР, изначально была выстроена на замалчивании двух законов, принятых Верховным Советом РСФСР 2 июня 1954 г., которыми было дано необходимое согласие на осуществленную передачу.

  Таким образом, рассмотрение заявленного вопроса у С.Н. Бабурина имеет антинаучный характер: строится на игнорировании имеющихся прецедентов, не содержит анализа принятых правовых актов, и даже выстраивается на замалчивании ключевых из них, а также не содержит выводов о соответствии осуществленной передачи актуальному на тот момент законодательству.


[1] «Исключительно замечательный акт братской помощи». Документы и материалы о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР (январь-февраль 1954 г.) // Исторический Архив, М.: РОСПЭН, 1992. № 1. – С. 43.
[2] О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав Украинской ССР // Сборник законов РСФСР и Указов Президиума Верховного Совета РСФСР 1946-1954 гг., М.: Изд. Известия Советов депутатов трудящихся СССР, 1955. – С. 105.
[3] Указ о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР // Известия. - М., 1954. – №49(11428) 27 февраля. – С. 1.
[4] Закон о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав Украинской ССР // Известия. – М., 1954. – №100(11479) 28 апреля. – С. 3.
[5] Закон о внесении изменений и дополнений в статью 14 Конституции (Основного Закона) РСФСР// Известия. – М., 1954. – № 130(11509) 3 июня. – С. 3.
[6] Закон «О внесении изменений и дополнений в статью 18 Конституции (Основного Закона) Украинской ССР» // Заседания Верховного Совета Украинской ССР (шестая сессия). 16-17 июня 1954 г. – Киев: Госполитиздат УССР, 1954. – С. 137.
[7] Бабурин С.Н. Территория государства: Теоретико-правовые проблемы: дис. д.ю.н.: 12.00.01 – М., 1998 – С. 248-254.
[8] Там же, С. 255-257.
[9] Бабурин С.Н. Текст доклада, распространенного на VI съезде народных депутатов Российской Федерации. 18 апреля 1992 г. // Российский путь: утраты и приобретения. Статьи, выступления, интервью. – М., 1997. – С. 117.
[10] Бабурин С.Н. Территория государства: Теоретико-правовые проблемы: дис. д.ю.н.: 12.00.01 – М., 1998 – С. 254.
[11] Там же, С. 252.
[12] Бабурин С.Н. Крым навеки с Россией. Историко-правовое обоснование воссоединения республики Крым и города Севастополя с Российской Федерацией. – М.: Книжный мир, 2014. – С. 56.
[13] Указ о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР // Известия. - М., 1954. – №49(11428) 27 февраля. – С. 1.
[14] Закон о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав Украинской ССР // Известия. – М., 1954. – №100(11479) 28 апреля. – С. 3.
[15] Закон о внесении изменений и дополнений в статью 14 Конституции (Основного Закона) РСФСР// Известия. – М., 1954. – №130(11509) 3 июня. – С. 3.
[16] Закон «О внесении изменений и дополнений в статью 18 Конституции (Основного Закона) Украинской ССР» // Заседания Верховного Совета Украинской ССР (шестая сессия). 16-17 июня 1954 г. – Киев: Госполитиздат УССР, 1954. – С. 137.
[17] Бабурин С.Н. Территория государства: Теоретико-правовые проблемы: дис. д.ю.н.: 12.00.01 – М., 1998. – С. 251-252.
[18] Там же, С. 250.
[19] Там же, С. 251.
[20] Закон о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав Украинской ССР // Известия. – М., 1954. – №100(11479) 28 апреля. – С. 3.
[21] Закон о внесении изменений и дополнений в статью 14 Конституции (Основного Закона) РСФСР// Известия. – М., 1954. – №130(11509) 3 июня. – С. 3.

Комментариев нет:

Отправить комментарий