среда, 14 мая 2014 г.

Как мы с Алексеем Ивановичем хоронили клиента

Выпивали мы с пацанами давеча. Прошлое вспоминали. Всякое.

Ну, там, жила как-то у Лёхи одна мартышка. Ну, баба в смысле, - телка одна короче. Называл он её Мартынычем или просто Мартыном. До того прижилась, что даже кошка Лехина любимица (собак гоняет) и та ее нет-нет, признавать стала временами.

Ну там, бил ее, то бишь Мартыныча, по всякому. В подвале закрывал на ночь,- тока телогрейку ей швырял. Приехала родня на разборки, - побитой уехала.

Ну там, все же не просто так. За дело вестимо. Трахал её часами (по его словам), но и доставалось ей тоже. Для порядка всё. Но вот однажды случился железный повод быть ей битой.

Как-то заприметил её кто-то с пацанов в кабине у какого-то водилы не местного (среди местных нет самоубийц с лехиной бабой гулять). Ну там, поскольку пребывал он в добром настроении, то взял ремень и решил просто выпороть её прилюдно. Для порядка всё.

Ну там, застал на месте преступления, вытащил за волосы из кабины, снял ремень с пояса и стал учить ея уму-разуму. Все бы ничего, да водила дурной оказался. Совсем недалекий. Нет бы линять от греха подальше, так его на подвиги потянуло. Типа решил за барышню заступиться. Орет:

- Это моя девушка, она со мною!

Леша ему так вежливо:

- Ступай, брат, это моя баба, я с ней живу.

А тот, кстати, как-то сразу не просёк всю серьезность момента, и за монтировку схватился. Ну, и давай ей Леху по голове бить. А Леха в тот день добрый был.

- Ты чего? - спрашивает.

Глянь, а ён опять той монтировкой замахивается. Пришлось бить его в ответку. Стойкий оказался, кстати. Не сразу упал, попотеть пришлось. А как поднял, прислонил его до дерева и давай дальше его обрабатывать. Ну там локтями по жизненно важным органам. Ну, несколько ребер поломал до кучи. Все бы ничего, да чувак тот упал опять, и чота никак стоять не может.

Ну, там глядь,- а пульса то и нету. Перестарался, чотам.

А тут мимо кореш его проходил. Кто, - не суть.
- Здорова, как жисть. Чо делаешь?

-Да вот, мол, пациент чота не дышит. Поможешь погрузить его?

Ну там, забросили труп хладный в газельку евойную, и повезли хоронить стало быть. На Рыбное его. Там, на озере, говорят сомы огромные в норах водятся,- целых человеков полностью заглатывают.

Все бы ничего, да покойник неугомонный оказался. Нашарил где-то ножичек, и начал им Лехе в спину тыкать. Тычет и тычет. Я, кстати, потом затрахался Лёхе спину суровой ниткой зашивать.

Ну там, насилу успокоили. Пару раз восставал.

Леха меж тем, стал вслух рассуждать. Мол, неправильно покойник себя ведет. Какой-то уж живой слишком. Его, понимаешь, хоронить везут, чтоб по-людски все было. А он, не ценит, понимаешь. Раз оживет, два. Чо, мол, за хрень за такая?

Так как покойник был его, то и судьбу он его решал. А Лёха, я повторю, в тот день добрый был. Давай того покойника трясти, - расспросить чтоб, - живой он или нет. А то непонятка. А покойник мычит чота. Ну, раз живой, то живи, - я ж говорю, Леха добрый был в тот день.

Ну и чисто так расспрашивать его стал, - мол, тебе дураку жизнь сохранили, надеюсь мусоров курсовать не будешь? Тот мычит про то, что де ментов нет, а вот братву свою белгородскую обязательно привезет. Типа хана вам, хлопцы, вы покойники.

И тогда понял Лёха, что разговор еще не окончен. Взял зажигалку и начал ногти ему на пальцах греть. Ну там, шипят они, трескаются. Так и договорились с ним. Чисто разойтись краями.

Ну, там, поехали обратно на газельке его. Вся кабина в кровище, у бывшего покойника все перебито и даже нос порван весь. И тут менты тормозят. Гаишники.

Типа чо, блин-на, тут у вас творится?

Ну там, стали им хором втроем объяснять, что де так мол и так. Напали на нас лушниковские с битами, еле слиняли от них. Едим, мол, в ментовку заяву писать.

Мусоров на том посту было двое и мнения их разделились. Один кричит: "Нехай катятся дальше, - нам такие, увы, не кстати. Другой,- нет, блин-на, бросим пост нам доверенный, бабло приносящий, и сами доставим их в отделение.

И тут Лёха приметил, что мусорок один палочкой по кабине чота ерзает. Оказывается, из бардачка у мужика того бабло выпало. Сверток сторублевок. Мент тот заприметил, ну и пытался к себе подтащить. А Лёха влял, да и наступил на тот моток сторублевок. Обломился мусор стало быть.

Ну там, со зла согласился со своим оппонентом. Типа катитесь дальше своей дорогой. Не отвлекайте от дел праведных, от службы государевой. Езжайте сами в мусарню писать заявы.

Ушли от ментов, короче. А про мужика того белгородского на газели больше не слышали. Видать больше не появлялся в нашем городе.

К чему сей рассказ? А вот хрен его знает. Просто вспомнилось, как гуляли по молодости. Было дело, чотам.

Комментариев нет:

Отправить комментарий